Как установлено судами, по результатам рассмотрения дела № 02/02-18 управление приняло оспариваемое решение, в соответствии с которым в действиях предприятия установлен факт нарушения пункта 5 части 1 статьи 13 Федерального закона от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации». Нарушение выразилось в заключении договоров комиссии с поставщиками продовольственных товаров для осуществления торговой деятельности и исполнения (реализации) данных договоров вопреки запрету, установленному вышеуказанной нормой, на заключение и исполнение соответствующим хозяйствующим субъектомдоговоров комиссии с передачей товара на реализацию контрагенту без перехода права собственности на товар. Согласно выданному предписанию предприятию надлежит прекратить указанное нарушение, расторгнув заключенные на передачу продовольственных товаров договоры комиссии, а также внести изменения в ряд договоров комиссии путем исключения из ассортимента передаваемых на комиссионную торговлю продовольственных товаров. Полагая, что указанные ненормативные акты не соответствуют положениям действующего законодательства и нарушают его права и законные интересы, предприятие обратилось в суд с заявленными требованиями. Исследовав и оценив
возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исходили из того, что спорный земельный участок, являющийся федеральной собственностью, изначально с 1985 года располагался в границах национального парка «Марий Чодра», изъятие земель которого законом не предусмотрено, относился к категории особо охраняемых территорий и объектов, не подлежал передаче в муниципальную собственность или собственность субъекта, в связи с чем заключенный в отношении него помимо воли собственника органом государственной власти субъекта договор купли-продажи обоснованно признан судами ничтожной сделкой, а земельный участок истребован из незаконного владения ответчика. При этом суды обоснованно отклонили довод общества о применении исковой давности. Поскольку существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, указанные в жалобе доводы не подтверждают, они не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Таким образом, оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской
N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" (далее - УЖТ) и Правил эксплуатации и обслуживания железнодорожных путей необщего пользования, утвержденных Приказом Министерства путей сообщения Российской Федерации от 18.06.2003 N 26 (далее - Правила N 26). Вопрос о том, какой договор надлежит заключить - на эксплуатацию железнодорожного пути необщего пользования или на подачу и уборку вагонов - зависит от принадлежности железнодорожного пути необщего пользования и локомотива, обслуживающего данный железнодорожный путь (пункт 2.1 Правил N 26). Субъектамидоговоров на подачу и уборку вагонов и эксплуатацию путей необщего пользования являются перевозчик, владелец пути необщего пользования, пользователь железнодорожного пути и контрагент перевозчика. Согласно части 1 статьи 60 УЖТ предприниматель и общество являются контрагентами: грузоотправители или грузополучатели, либо владельцы железнодорожного пути необщего пользования, которые в пределах железнодорожного пути необщего пользования, принадлежащего иному лицу, владеют складом или примыкающим к указанному железнодорожному пути своим железнодорожным путем необщего пользования. В силу части 2 статьи 60 УЖТ отношения между
3 500 руб.(35% в уставном капитале общества у каждого участника соответственно). В обоснование требований истец ссылается на грубое нарушение ответчиком своих обязанностей как участника и директора Общества, что существенно затруднило деятельность последнего, отмечая систематическое уклонение ответчика от проведения очередного общего собрания на протяжении длительного времени; неисполнение обязанности по организации и ведению бухгалтерского учета; отчуждение имущества (земельных участков) – вывод активов Общества по заниженной стоимости, в отсутствие соответствующего одобрения со стороны других незаинтересованных участников хозяйствующего субъекта (договоры купли-продажи земельных участков от 10.10.2016); причинение Обществу убытков в размере 10 168 194 рублей 30 копеек в связи с заключением ФИО8 по доверенности с ФИО9 и ФИО10 договоров уступки прав требований от 14.05.2019, от 29.05.2019 и от 16.09.2019 соответственно; совершением действий по необоснованному снятию и расходованию денежных средств с расчетного счета Общества, а также в размере 2 086 000 рублей - ввиду предоставления аффилированным лицам, без получения согласия со стороны незаинтересованных в совершении сделок
адресу: <...>. Право собственности ФИО9 на объект незавершенный строительством -нежилое помещение № Н52 площадью 177,6 кв.м, 4 этаж, поз. № 2-5, 59-63 подтверждено свидетельством о государственной регистрации права от 27.05.2009 (запись о регистрации права 63-63-01/128/2009-899). Заключенный между ООО «КФ «Статус» и ЗАО «СК «Самара-АСКО» 03.08.2001 договор об инвестировании строительства (инвестировании в форме капитальных вложений) соответствует требованиям Закона Российской Федерации «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений». ЗАО «СК «Самара-АСКО» как субъект договора об инвестировании в форме капитальных вложений имеет право на требование о встречном исполнении договора в объеме внесенных денежных средств. В указанном объекте недвижимости имеются и иные собственники недвижимого имущества: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, которые обладают зарегистрированным правом в отношении определенных, индивидуально обособленных объектов в офисном здании. В соответствии со статьей 1043 Гражданского кодекса Российской Федерации внесенное участниками инвестиционной деятельности имущество, а также произведенные в результате их деятельности доходы признаются их общей долевой собственностью.
№ ПО-66/2014, от 16.12.2014 № ПО-86/2014, от 17.12.2015 № ДС-295/2015. На основании подпункта 2.2.3 пункта 2.1 договоров, определяющего обязанности ответчика как субъекта договорных отношений, Федерация обязана предоставлять отчеты в порядке и сроки, установленные Алгоритмом предоставления субсидий из бюджета Пермского края в целях возмещения затрат на проведение спортивных мероприятий, включенных в календарный план официальных физкультурных и спортивных мероприятий Пермского края, утвержденным приказом Министерства физической культуры и спорта Пермского края от 23.01.2012 № СЭД-41-01-02-11. Федерация как субъект договора несет ответственность за соблюдение условий договора, достоверность представляемых сведений, целевое использование субсидии (пункт 4.2 договора). Как указывает Министерство, и не опровергнуто ответчиком ни при рассмотрении дела судом первой инстанции, ни на стадии апелляционного производства, Региональной общественной организацией получены в полном объеме предоставленные субсидии, вместе с тем, условия договоров, определенные подпунктом 2.2.3 пункта 2.1 договоров не исполнены, целевая направленность расходования средства бюджета Пермского края, определенная Порядком, не подтверждена, и реализации контрольных мероприятий со стороны истца
между истцом и ответчиком заключены указанные договоры на предоставление субсидий. На основании подпункта 2.2.3 пункта 2.1 договоров, определяющего обязанности ответчика как субъекта договорных отношений, Федерация обязана предоставлять отчеты в порядке и сроки, установленные Алгоритмом предоставления субсидий из бюджета Пермского края в целях возмещения затрат на проведение спортивных мероприятий, включенных в календарный план официальных физкультурных и спортивных мероприятий Пермского края, утвержденным приказом Министерства физической культуры и спорта Пермского края от 23.01.2012 № СЭД-41-01-02-11. Федерация как субъект договора несет ответственность за соблюдение условий договора, достоверность представляемых сведений, целевое использование субсидии (пункт 4.2 договора). Как указывает Министерство, и не опровергнуто ответчиком ни при рассмотрении дела судом первой инстанции, ни на стадии апелляционного производства, Региональной общественной организацией получены в полном объеме предоставленные субсидии, вместе с тем, условия договоров, определенные подпунктом 2.2.3 пункта 2.1 договоров не исполнены, целевая направленность расходования средства бюджета Пермского края, определенная Порядком, не подтверждена, и реализации контрольных мероприятий со стороны истца
суда Иркутской области от 05 марта 2021 по делу№ А19-1536/2021 к производству суда принято заявление предпринимателя ФИО4 о признании ООО «Техносервис» несостоятельным (банкротом). Заявляя об отсутствии у общества «Техносервис» имущества в объеме, достаточном для погашения денежных обязательств перед покупателем, общество «Рафт Лизинг» обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании суммы неосновательного обогащения в сумме 483 667 рублей 07 копеек с лизингополучателя, общества «Агрофирма «Ангара». В обоснование предъявленного требования истец указал, что ответчик, как субъект договора лизинга, несет риски неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств по договору поставки, поскольку является стороной договора, осуществившей выбор поставщика и предмета лизинга. Разрешая возникший спор, отказывая в удовлетворении иска суд первой инстанции и поддержавший его выводы апелляционный суд, руководствовались положениями статей 421, 431, 432, 665, пунктом 2 статьи 670 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее также – Закон о лизинге), и исходил
в судах соответственно от имени Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в защиту имущественных и иных прав и законных интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Следовательно, арбитражным судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что Комитет по управлению имуществом г. Йошкар-Олы обоснованно включил в налоговую базу по НДС средства, полученные от реализации помещения магазина по спорному договору купли-продажи. Утверждение заявителя о том, что арбитражным судом первой инстанции неправильно определен « субъект договора » (л.д. 146) изложено без должной юридической ясности и логичности. Гражданскому законодательству неизвестны нормы, позволяющие квалифицировать подобным образом правовой статус участников договорных отношений. Нет на них ссылки и в тексте апелляционной жалобы. Тем самым участник дела ограничил свои возражения против выводов решения арбитражного суда первой инстанции общими рассуждениями и ссылками на общие положения законодательства. Истец не привел ссылки на нормы гражданского законодательства, которые подлежат применению при квалификации спорного договора как недействительного. Конкретные нормы материального
судебных заседаниях заявляла о пропуске истцом срока исковой давности и применении последствий пропуска сроков исковой давности. Кроме того, в суд поступили возражения представителя ответчика, где она просит отказать в удовлетворении иска по следующим основаниям: сделка с договором купли-продажи земельного участка может быть признана судом недействительной (полностью или частично) в следующих случаях: один из субъектов сделки в минуту подписания договора находился в состоянии, при котором такой субъект не мог отдавать себе отчет в своих действиях; субъект договора находился под влиянием заблуждения, принуждения, различных угроз или тяжелых жизненных обстоятельств (кабальных); предмет договора (земельный надел) был приватизирован с нарушением законодательных норм; субъект договора, являющийся юридическим лицом, совершил сделку с земельным наделом, не соответствующую юридическому статусу такого субъекта; договор был подписан лицом, ограниченно дееспособным; объектом сделки выступал несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет без своих представителей. При этом, ни один из перечисленных случаев не имел место при совершении сделки по спорному договору
от 18.09.2018 № 87/5807 Отделения МВД России по Чесменскому району, ФИО8, ... г.р. снят с регистрационного учета 04.04.2015 по смерти. Также согласно полученного по запросу суда апелляционной инстанции ответа от 01.12.2018 № 388 Отдела ЗАГС Администрации Чесменского района Челябинской области в архиве Специализированного отдела ЗАГС Администрации города Челябинска имеется актовая запись о смерти ФИО8 за номером 3864 от 08.04.2015. Поскольку собственник транспортного средства ФИО8 умер задолго до составления договора купли-продажи от 13.07.2017, продавец как субъект договора отсутствовал, соответственно, сделка является ничтожной. В связи с чем право собственности на спорный автомобиль истцу перейти по данному договору не могло. Иных доказательств приобретения права собственности на автомобиль в установленном порядке истцом не представлено, соответственно, не доказано право обращения в суд за возмещением убытков в результате повреждений автомобиля. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости отмены решения на основании п.3 ч.1 ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и вынесении нового решения об
переживет одаряемого, либо отменить дарение, либо оставить договор дарения в силе. При этом положения об отмене дарения должны найти свое закрепление в самом договоре. Пунктом 11 договора дарения от 02.02.1998г. заключенного ФИО1 с ФИО4 установлено, что в случае, если даритель переживет одаряемого, право собственности на указанную квартиру переходит дарителю, ФИО1 В данном случае истица ФИО1 воспользовалась своим правом отмены дарения, заявив настоящие исковые требования. Доводы ответчицы о том, что истица, осуществляя свои права, как субъект договора дарения, нарушила права сына наследодателя, не могут быть приняты во внимание, поскольку мотивом дарения в данном случае является стремление одарить определенное лицо, но не наследников этого лица. При этом следует отметить, что при отмене дарения аннулируется договор как основание (титул) владения одаряемого, а следовательно подаренное имущество не может входить в наследственную массу умершего, в случае отмены дарения. Не могут быть приняты во внимание и доводы встречного иска о ничтожности п.11 договора дарения, поскольку указанный
