Уголовно - процессуального кодекса РСФСР внести дополнение об отнесении к письменному доказательству электронного документа, подписанного электронной цифровой подписью. 4. Таможенный кодекс Российской Федерации В статью 329 "Письменные доказательства" Таможенного кодекса Российской Федерации внести дополнение о допущении представления в качестве письменного доказательства электронного документа, подписанного электронной цифровой подписью. 5. Федеральный закон "О лицензировании отдельных видов деятельности" Статью 17 Федерального закона "О лицензировании отдельных видов деятельности" дополнить видом деятельности по выдаче сертификатов ключей электронных цифровых подписей, регистрации владельцев сертификатов ключей электронных цифровых подписей, оказанию услуг по изготовлению ключей электронной цифровой подписи, подтверждению деятельности электронной цифровой подписи. 6. Указ Президента Российской Федерации от 3 апреля 1995 г. N 334 "О мерах по соблюдению законности в области разработки, производства, реализации и эксплуатации шифровальных средств, а также предоставления услуг в области шифрования информации" В пункте 2 исключить слова "включая криптографические средства обеспечения подлинности информации (электронная подпись)". 7. Постановление Правительства Российской Федерации о лицензировании деятельности, связанной
закрытым ключом электронной цифровой подписи, позволяющим с помощью средств электронной цифровой подписи создавать свою электронную цифровую подпись в электронных документах (подписывать электронные документы); "средства электронной цифровой подписи" - аппаратные и (или) программные средства, реализующие хотя бы одну из следующих функций: создание электронной цифровой подписи в электронном документе с использованием закрытого ключа электронной цифровой подписи; подтверждение с использованием открытого ключа подлинности электронной цифровой подписи, содержащейся в электронном документе; создание закрытых и открытых ключей электронной цифровой подписи; "закрытый ключ электронной цифровой подписи" - уникальная последовательность символов, известная обладателю электронной цифровой подписи и предназначенная для создания им в электронных документах электронной цифровой подписи с использованием средств электронной цифровой подписи; "открытый ключ электронной цифровой подписи" - уникальная последовательность символов, доступная любому пользователю информационной системы, предназначенная для подтверждения с использованием средств электронной цифровой подписи подлинности электронной цифровой подписи в электронном документе; "сертификат ключа подписи" - документ на бумажном носителе или электронный документ с электронной цифровой
«Банк Уралсиб» (г. Краснодар; далее – банк) о признании незаконными действий банка по расторжению договора банковского счета, об обязании банка осуществлять расчетно-кассовое обслуживание, установила: общество обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к банку о признании незаконными действий банка по расторжению договора банковского счета от 28.02.2007 № 4568 и возложении обязанности осуществлять расчетно-кассовое обслуживание общества по договору банковского счета и дополнительному соглашению от 27.10.2007 № 4568 о дистанционном банковском обслуживании (ДБО), восстановив электронно- цифровой ключ доступа в систему ДБО (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу; Южное Главное управление Центрального банка Российской Федерации. Решением суда первой инстанции от 06.02.2015, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2015 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от
расследования инцидента от 07.06.2011, платежные документы от 06.06.2011 № 720, 721, перечень сообщений в системе Банк-Клиент за 06.06.2011 по обществу) и руководствуясь положениями статей 15, 393, 845, 848, 848 и 866 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьи 4 Федерального закона от 10.01.2002 № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи», исходили об отсутствии доказательств нарушения банком принятых на себя обязательств. В частности, суды установили, что спорные платежные документы были подписаны корректной электронной цифровой подписью клиента, выполненной на действующих ключах , доказательств, свидетельствующих об использовании некорректного ключа либо иной его компрометации при списании спорных денежных средств, обществом не представлено. Таким образом, суды пришли к выводу, что нарушений договорных обязательств, повлекших несанкционированный перевод денежных средств, банком не допущено. С указанным выводом согласился суд округа. Нормы материального и процессуального права применены судами правильно. Доводы кассационной жалобы по существу полностью сводятся к переоценке представленных в дело доказательств, что не относится к полномочиям суда при
руководствуясь положениями статей 847, 854, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 10.01.2002 № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи», Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.1999 № 5 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета», суды пришли к выводу о том, что у банка не имелось причин для отказа в исполнении надлежаще оформленного платежного документа, подписанного электронной цифровой подписью клиента; об отсутствии доказательств, свидетельствующих об использовании некорректного сертификата, иной компрометации ключа или получении банком запроса от несанкционированных пользователей при списании спорных денежных средств, подтверждающих нарушение банком обязательств по договору; и об отсутствии оснований для возложения на банк ответственности за использование электронной цифровой подписи общества неуполномоченными лицами и за необеспечение обществом надежного хранения в тайне ключей, имен и паролей, используемых при работе с электронной цифровой подписью. Вместе с тем, оснований для получения спорных денежных средств ФИО1 судами не установлено, в
и 3 квартал 2018г. (корректировка 1), представленные в налоговый орган неуполномоченным и не имеющим отношения к Обществу лицом (т. 1 л.д. 20). Вместе с тем, как следует из письма от 04.09.2020 г. ООО «СП-ЭНЕРГО» доказательств, подтверждающих, что общество не имеет отношение к указанным фактам представления уточненных налоговых деклараций, а также, что сертификат ключа на право электронной подписи, выданный на имя директора ООО «СП-ЭНЕРГО» ФИО4, является недействительным, Обществом представлено не было. То обстоятельство, что электронный цифровой ключ на имя директора ООО «СП-ЭНЕРГО» ФИО4 был отозван 07.10.2020 г. не доказывает тот факт, что уточненные налоговые декларации за 2 и 3 квартал 2018 г., поступившие ранее этого в Инспекцию 03.07.2020 г. и 15.07.2020 г. соответственно, были подписаны неуполномоченным лицом. В ходе рассмотрения дела Обществом было заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения Арбитражным судом дела №А60-14671/2021 по заявлению ООО «СП-ЭНЕРГО» к ООО «Солар» о признании недействительным с момента создания сертификата ключа
компьютеров осуществляется через Интернет путем подключения к серверу компании. Предмет договора, включающий поставку СП HP (сертификатов подлинности) и предоставление покупателю права использования ПО MS (программным обеспечением Microsoft), стоимость сделки с СП HP определены сторонами в пункте 2.2 договора поставки, и в Приложении С «процедура для сертификата подлинности HP/Программного обеспечения операционной системы MS». В соответствии с пунктом 2.2 договора поставки от 01.08.2012 № PRO02947-091009/1, Hewlett-Packard GmbH (поставщик) поставляет ООО «Фоксконн Рус» продукцию: HP ЦКП ( цифровой ключ продукта, который предоставляется Microsoft или аффилированными компаниями Microsoft уполномоченным сторонам для внедрения в материнскую плату Системы для покупателя Продукта), а также по заявкам покупателя - СП HP (сертификаты подлинности операционного программного обеспечения Microsoft, которое предоставляется компанией Hewlett-Packard GmbH покупателю — ООО «Фоксконн Рус») и Пакеты HP (набор, включающий надлежащим образом упакованный DVD или иной физический носитель с записью офисного программного обеспечения Microsoft Office, соответствующий СП и необходимая документация) в количестве, определенном в заявке покупателя.
апелляционного суда от 30.05.2015 (судьи Малыхина М.Н., Авдонина О.Г., Галов В.В.) по делу № А32-27199/2014, установил следующее. ООО «Морской залив» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ОАО «Банк Уралсиб» (далее – банк) о признании незаконными действий банка по расторжению договора банковского счета от 28.02.2007 № 4568 и возложении обязанности осуществлять расчетно-кассовое обслуживание общества по договору банковского счета и дополнительному соглашению от 27.10.2007 № 4568 о дистанционном банковском обслуживании, восстановив электронно- цифровой ключ доступа в систему ДБО (уточненные требования). К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу и Южное Главное управление Центрального банка Российской Федерации. Решением от 06.02.2015, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 30.05.2015, в иске отказано. Суды исходили из того, что совершение обществом операций по снятию крупных сумм наличных денежных средств, отказы в предоставлении банку
представленными в материалы дела доказательствами. Обстоятельства того, каким способом и в каком виде (материальный носитель, электронный вид и т.д.) изготавливались ответчиком экземпляры фильма, судами не устанавливались, а ответчиком каких-либо доказательств изготовления экземпляров фильма в количестве, превышающим 800 экземпляров, самостоятельно или с привлечением третьих лиц в материалы дела не представлено. Суд апелляционной инстанции, делая вывод о правильности выводов суда первой инстанции о количестве экземпляров фильма и возможных способах передачи экземпляров фильма, упомянул такое понятие как цифровой ключ , однако количество переданных цифровых ключей ответчиком третьим лицам судами не устанавливалось. Каких-либо доказательств того, что количество кинозалов, в которых демонстрировался фильм, совпадает с количеством цифровых ключей, выданных ответчиком, и изготовленных экземпляров фильма в электронном виде, в материалах дела не имеется. Так, судами не дана надлежащая оценка сведениям о количестве экземпляров фильма согласно исследованиям, которые были проведены аудитором общества «АКФ АКАДЕМ-АУДИТ», «Союзом Кинематографистов России» и Ассоциацией продюсеров кино и телевидения. Приведенные в них сведения
ГК РФ если оригинал или экземпляры произведения правомерно введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации путем их продажи или иного отчуждения, дальнейшее распространение оригинала или экземпляров произведения допускается без согласия правообладателя и без выплаты ему вознаграждения, за исключением случая, предусмотренного статьей 1293 настоящего Кодекса. Из пункта 3.2 договора поставки №171010 от 10.10.2017 следует, что программное обеспечение Hunt Analytics контент, является лицензионным продуктом и все права защищены законом об авторских правах, покупатель получает уникальный цифровой ключ без временного ограничения. Таким образом, при передаче экземпляра программы для ЭВМ поставщиком были переданы права на ее использование путем предоставления доступа к использованию экземпляра программы ЭВМ на основании уникального цифрового ключа согласно ст. 1272, 1280 ГК РФ. Ввиду чего, дополнительного подтверждения поставщиком прав на экземпляр лицензионной продукции находящейся в гражданском обороте, в силу положений п. 5 ст. 10 ГК РФ, не требуется. Доказательств того, что переданный ответчику товар не соответствовал требованиям о его комплектности,
<данные изъяты>. Считает так же, что суд необоснованно пришел к выводу, что у ФИО4 возник умысел, направленный на кражу денежных средств под предлогом занять деньги в долг, поскольку данное утверждение опровергается показаниями <данные изъяты> и ФИО4. Приводит содержание приговора и утверждает, что он противоречит показаниям <данные изъяты> о том, что тот ранее не был знаком с ФИО4. Так же приводит показания потерпевшего <данные изъяты> в судебном заседании и находит, что утверждения, что тот произнес цифровой ключ вслух является оценочным. Ссылается на праворазъяснительную практику и считает, что нельзя считать что ФИО4 совершил два преступления предусмотренного п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ Обращает внимание, что суд оставил без внимания выписки из ПАО «ВТБ» и из ПАО «Сбербанк», которые приобщены без протоколов их осмотра, не указан какая часть информации является значимой. Просит приговор отменить, а ФИО4 оправдать. Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них,
своего сотового телефона. Таким образом, в действиях сотрудников милиции, производивших у Бериславского контрольную закупку, суд обоснованно не усмотрел признаков подстрекательства к совершению противоправных действий. Судебная коллегия считает, что суд пришел к мотивированному выводу о том, что Бериславский осознавал, что реализует контрафактную продукцию, так как вместе с диском он передал закупщику П. на бумажном носителе инструкцию по установке программного продукта «Autodesk AutoCAD 2011» с использованием имеющейся на диске программы взлома – кайгена, позволяющего генерировать буквенно- цифровой ключ защиты для использования программы. Кроме того, доводы осужденного об отсутствии в его деянии состава преступления, опровергаются и заключением эксперта о том, что при использовании файлов на диске был получен ключ активации, удовлетворяющий требованиям программы, в результате чего стало возможным разблокирование программного обеспечения и программа стала доступна для работы. Суд в приговоре подробно оговорил то обстоятельство, что, согласно данным экспертизы, время создания диска указано как 14:44 04 ноября 2010 года. Доводы ФИО1 о том, что
в которой в разделе 1. «Сумма налога, подлежащая уплате в бюджет (возмещению из бюджета), по данным налогоплательщика» по строке 050 необоснованно внесла сумму налога, исчисленную к возмещению из бюджета по продавцу ООО «Регион» в размере 2 732 901 рубль, тем самым внесла заведомо ложные сведения. Кроме того, ФИО1 посредством компьютерной техники, находившейся по месту фактической деятельности организации по адресу: <адрес изъят> «г», составила в электронном виде налоговую декларацию, которую от имени ФИО4, используя электронно- цифровой ключ , доступ к которому был только у нее, подала Дата изъята в МИФНС России Номер изъят по <адрес изъят>, по телекоммуникационному каналу связи налоговую декларацию ООО «Лес+» по НДС за 3-й квартал 2011 года, содержащую заведомо ложные сведения о сумме заявленного к возмещению НДС, обратившись, таким образом, к компетентному государственному органу с требованием о возмещении из государственного бюджета суммы НДС в размере 2 732 901 рублей по поставщику ООО «Регион», ООО «СибЛес» на возмещение
трудовом договоре не были прописаны ее обязанности, должностные инструкции с ней не согласовывались, а представленные директором Общества Л. приказы и трудовые договора являются сфальсифицированными. В подтверждение своих доводов ссылается на вступившее в законную силу решение Ленинского районного суда г. Перми от 31 марта 2016 года, которым подтвержден факт отсутствия письменного трудового договора между ней и ООО «***». Указывает, что денежными средствами, находящимися на расчетном счете ООО «***» Л. распоряжался самостоятельно, имея для этого электронный цифровой ключ , при этом заявление в банк от ее имени на получение электронного ключа было подано именно Л., чему судом не дана должная оценка. По мнению автора жалобы, со стороны директора Л. имеет место оговор, а также создание искусственных условий, подтверждающих утрату ряда документов и лишение ее управленческих функций, для единоличного распоряжения активами организации. Обращает внимание на нарушения, допущенные при производстве выемки документов ООО «***», выразившееся в отсутствии описи изъятых документов и необеспечении ее участия
