утверждением судом мирового соглашения производство по делу о банкротстве общества «Энергомикс» этим же определением от 19.08.2013 было прекращено. Ссылаясь на возведение спорного объекта за счет собственных средств и распоряжение им ответчиком в его интересах посредством отчуждения, общество «Химстрой» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с общества «Энергомикс» убытков, составляющих стоимость выполненных работ на вышеуказанном объекте во исполнение обязательств по заключенным с ответчиком договорам о совместной деятельности от 25.01.2007, взаимном сотрудничестве от 12.05.2008 и инвестиционному договору от 12.05.2008, всего в сумме 297 601 000 руб. Отказывая обществу «Химстрой» в удовлетворении заявленных требований, суды, исходя из представленных в материалы дела доказательств, признали недоказанным заявленный истцом размер убытков. Исследовав и оценив имеющиеся доказательства по делу, суды пришли к выводу о том, что материалы дела не подтверждают стоимость фактически выполненных строительных работ, на которые ссылается истец, а также факт осуществления им расходов, связанных с исполнением обязательств по договору, указанному в
прав, свобод, законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Изучив материалы дела и доводы жалобы, судья Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о наличии оснований для передачи жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Как установлено судами, Компания и Общество 28.12.2016 подписали соглашение, по условиям которого стороны договорились прекратить зачетом взаимные требования по нижеуказанным договорам , в которых они являются самостоятельными сторонами, а именно: по договорам Компания является кредитором, а Общество является должником (п.1.1): 1) по договору от 01.12.2016 № 1/1/16 участия в долевом строительстве многоквартирного дома. Сумма задолженности Общества перед Компанией составляет 90 716 400 руб. 2) по договору от 01.12.2016 № 2/2/16 участия в долевом строительстве многоквартирного дома. Сумма задолженности Общества перед Компанией составляет 112 232 400 руб. 3) по договору от 01.12.2016 от 01.12.2016
акт сверки взаимных расчетов от 10.01.2019 за период с 01.01.2018 по 01.01.2019 в силу статей 67, 68 АПК РФ не отвечает признакам относимости и допустимости доказательств, поскольку по своей правовой природе является документом, отражающим признанные судом недействительными расчеты между сторонами. Так, определением Арбитражного суда Московской области от 27.01.2021 по делу № А41-14356/2019 соглашение о зачете встречных однородных требований от 10.01.2019 № 40 (ООО «Возрождение» и ООО «Архитектурное наследие» произвели зачет взаимных требований на сумму 2 000 000 рублей по договору займа от 21.12.2017 № 4з/2017 и договору подряда от 02.03.2017 № 38/17) признано недействительной сделкой. Определением Арбитражного суда Московской области от 03.03.2022 также признано недействительным соглашение о зачете встречных однородных требований от 31.12.2018 № 102 (ООО «Возрождение» и ООО «Архитектурное наследие» произвели зачет взаимных требований на сумму 2 007 175 рублей 78 копеек по договорам займа от 02.08.2016 № А02-2016, от 12.10.2017 № В01-2017 и от 02.11.2017 № 3з/2017). Названные
021 474 рубля 42 копейки (платежные поручения от 08.02.2007 № 883, от 23.05.2008 № 3698, от 31.01.2011 № 1092, от 15.09.2011 № 9814, от 28.10.2011 № 11225 и 11389, от 27.01.2012 № 429, от 10.02.2012 № 900, от 14.02.2012 № 993, от 29.02.2012 № 1337, от 30.08.2012 № 5723), по договору № 7717/13073 – 445,90 долларов США (платежное поручение от 17.04.2013 № 2171). Составив оспариваемый конкурсным управляющим акт, общество и должник сняли взаимные претензии, вытекающие из договоров поставки, в результате чего по договору № 7717/13073 задолженность заказчика перед поставщиком составила 31 692,60 доллара США, а задолженность поставщика перед заказчиком – 445,90 доллара США. По договорам № 7725/11252 и 7725/05079 взаимные обязательства сторон признаны исполненными. Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2017 возбуждено дело о банкротстве поставщика. Решением того же суда от 21.05.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 Полагая, что подписание
лицами и ЗАО "УНР-86" отношений по упомянутым договорам заключается в том, что граждане вступали в правоотношения по строительству своей квартиры непосредственно с подрядчиком – организацией, осуществляющей строительство жилого дома. Ошибочно было бы полагать, что при заключении упомянутых договоров между гражданами и ЗАО "УНР-86" возникли отношения по совместной деятельности (простого товарищества) и применять к ним нормы главы 55 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующей договор простого товарищества. В силу положений этой главы участники совместной деятельности заключают взаимный договор о совместной деятельности, образуют простое товарищество. У каждого участника по отношению к остальным возникают взаимные права и обязанности. Каждый участник договора о совместной деятельности должен иметь право на участие в управлении общими делами, на долю в общем имуществе и на получение части прибыли. Имущественные взносы участников и имущество, созданное или приобретенное ими в результате совместной деятельности, в том числе полученные доходы, составляют объект их общей долевой собственности. Отношения между товарищами регулируются нормами о праве
доказательства расходов, произведенных агентом за счет принципала. Принципал, имеющий возражения по отчету агента, должен сообщить о них агенту в течение тридцати дней со дня получения отчета, если соглашением сторон не установлен иной срок. В противном случае отчет считается принятым принципалом. Положения статьи 423 ГК РФ закрепляют принцип возмездности гражданско-правового договора, содержание которого сводится к эквивалентной стоимости предоставлений, произведенных в связи с исполнением обязательств, опосредующих гражданский оборот. Агентский договор представляет собой двусторонний возмездный синаллагматический ( взаимный) договор , предполагающий наличие встречных предоставлений, которые входят в предмет договора, направленного в данной ситуации на заключение договора купли-продажи. Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ). Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ обстоятельства по делу и имеющиеся
суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии у общества «Техстрой» оснований для выплаты агентского вознаграждения и компенсации расходов, необоснованности заявленных исковых требований, в связи с чем законно отказал в удовлетворении иска. Суд округа отмечает, что положения статьи 423 ГК РФ закрепляют принцип возмездности гражданско-правового договора, содержание которого сводится к эквивалентной стоимости предоставлений, произведенных в связи с исполнением обязательств, опосредующих гражданский оборот. В настоящем споре агентский договор представляет собой двусторонний возмездный синаллагматический ( взаимный) договор , предполагающий наличие встречных предоставлений, которые входят в предмет договора, направленного в данной ситуации на заключение договора купли-продажи. Подобная схема взаимоотношений характерна для гражданского оборота и стороны вправе привлекать посредника с целью продажи объектов, на что и направлен интерес сторон настоящего договора. При этом заказчик не принимал на себя обязательств, связанных с невозможностью продажи предмета договора другим лицам, конкретных условий, в силу которых продажа должна считаться состоявшейся, позволяющих сделать вывод о фикции, преодолевающей фактическое
гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. Положения статьи 423 ГК РФ закрепляют принцип возмездности гражданско-правового договора, содержание которого сводится к эквивалентной стоимости предоставлений, произведенных в связи с исполнением обязательств, опосредующих гражданский оборот. Агентский договор представляет собой двусторонний возмездный синаллагматический ( взаимный) договор , предполагающий наличие встречных предоставлений, которые входят в предмет договора, направленного в данной ситуации на заключение договора купли-продажи. В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Пунктом 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ установлено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску
с обратившимся к ней лицом (заявителем). По условиям этого договора сетевая организация обязана реализовать мероприятия, необходимые для осуществления такого технологического присоединения (в том числе разработать технические условия), а заявитель обязан помимо прочего внести плату за технологическое присоединение (пункт 4 статьи 23.1, пункт 2 статьи 23.2, пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, подпункт «е» пункта 16, пункты 16(2), 16(4), 17, 18 Правил № 861. Договор технологического присоединения представляет собой двусторонний возмездный консенсуальный синаллагматический ( взаимный) договор , регулирование отношений по которому производится как специальным энергетическим законодательством, так и нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общими положениями раздела III Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и договоре (определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246, от 25.12.2017 № 305-ЭС17-11195). Согласно подпункту «в» пункта 7 Правил № 861 процедурой исполнения технологического присоединения является выполнение сторонами договора мероприятий по технологическому присоединению. В соответствии с подпунктом «а» пункта 16 Правил
против удовлетворения иска, пояснил, что согласен проживать в том жилом помещении, где определит суд. Судом постановлено изложенное выше решение. В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность. Полагает, что отказывая в утверждении мирового соглашения, суд вышел за пределы заявленных требований. При вынесении определения об отказе в утверждении мирового соглашения, суд незаконно не выслушал мнения участников, рассмотрев его без извещения сторон. При этом, мировое соглашение отвечает требованиям закона, представляет собой взаимный договор , его условия понятны сторонам, не вызывают спора при исполнении. Считает необоснованным вывод суда о кабальности согласованного сторонами условия бремени несения расходов на представителя. Указывает на фальсификацию судьей материалов гражданского дела. Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, об отложении дела не просили, доказательства уважительности неявки суду не предоставили, в связи с чем коллегия судей сочла возможным рассмотреть дело при данной явке лиц. Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия
к выводу об отсутствии оснований для его утверждения. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно указав следующее. В силу ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. По смыслу ст. ст. 39, 173, 220 ГПК РФ мировое соглашение представляет собой взаимный договор сторон об условиях прекращения спора. По своей юридической силе определение об утверждении мирового соглашения не уступает решению суда и в случае необходимости подлежит принудительному исполнению. Утвержденное судом мировое соглашение должно быть ясным, понятным, исполнимым, не вызывать споров при исполнении, вести к окончательному урегулированию разногласий сторон по спору, и не должно быть заключено под условием. Согласно ч. 1 ст. 153.8 ГПК РФ мировое соглашение может быть заключено сторонами на любой стадии гражданского процесса и при
стороной перед другой, способе исполнения с тем, чтобы не было неясностей и споров по поводу его содержания при исполнении, а само мировое соглашение было исполнимым с учетом правил о принудительном исполнении судебных актов. Мировое соглашение - это двусторонняя сделка, признаком которой, как правило, является то, что, заключая ее, стороны идут на взаимные уступки, заново определяя свои права и обязанности по спорному правоотношению. По смыслу статей 39, 173, 220 ГПК РФ мировое соглашение представляет собой взаимный договор сторон об условиях прекращения спора, поэтому должно быть ясным, понятным, исполнимым, не вызывать споров при исполнении, вести к окончательному урегулированию разногласий сторон по спору, и не должно быть заключено под условием. По своей юридической природе определение суда об утверждении мирового соглашения не уступает решению суда и в случае необходимости также подлежит принудительному исполнению. Суд первой инстанции, утверждая мировое соглашение, не убедился в возможности принудительного исполнения мирового соглашения при отказе от его исполнения одной из
окончании процесса путем мирного урегулирования спора, то есть достижения определенности в отношениях между сторонами относительно предмета спора на основе добровольного волеизъявления самих сторон. При этом условия мирового соглашения не должны противоречить закону и исключать право истца на принудительное исполнение условий данного мирового соглашения. Как следует из материалов дела, условия мирового соглашения не исключают право истца на принудительное исполнение условий данного мирового соглашения. По смыслу ст.ст. 39, 173, 220 ГПК РФ мировое соглашение представляет собой взаимный договор сторон об условиях прекращения спора. По своей юридической силе определение об утверждении мирового соглашения не уступает решению суда и в случае необходимости подлежит принудительному исполнению. Утвержденное судом мировое соглашение должно быть ясным, понятным, исполнимым, не вызывать споров при исполнении, вести к окончательному урегулированию разногласий сторон по спору, и не должно быть заключено под условием. С учетом изложенного условия представленного на утверждение суда мирового соглашения выходят за пределы разрешенного судом спора, фактически направлены на возникновение
