конкурсе по лоту № 99, допустив таким образом существенные нарушения закона, которые повлияли на определение результата торгов, поскольку создали для общества необоснованное преимущество при определении победителя конкурса. Суд округа указал, что вывод судов о невозможности изъятия рыбоматериала из водоемов, предоставленных по оспариваемому договору, не свидетельствует о невозможности применения реституции, поскольку передача рыбоматериала не осуществлялась по оспариваемой сделке, а невозможность возврата предоставления в натуре сама по себе не препятствует применению реституции. Общество вправе реализовать свои имущественные претензии и возможные притязания к предпринимателю о возмещении понесенных расходов на рыборазводные мероприятия путем предъявления самостоятельного иска. Нормы права применены судом округа правильно. Изложенные заявителем доводы в кассационной жалобе не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судом при рассмотрении дела и могли повлиять на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергнуть выводы суда, вследствие чего не могут служить поводом для пересмотра обжалуемых судебных актов в Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской
исполненным обществом в полном объеме, суды отказали в удовлетворении иска в полном объеме. Разрешая спор, суды указали, что письменного разрешения на высаживание деревьев в соответствии с Правилами предпринимателем не представлено, несмотря на то, что информация о резервировании земель для строительства объекта отражена в кадастровом паспорте земельного участка от 19.06.2014, и на момент закладки сада истцу было известно об обременениях земельного участка и о предстоящей постройке трубопровода на данном участке. Вывод судов о том, что имущественные претензии истца к обществу представляют собой недобросовестное осуществление гражданских прав основан на том, что согласно пункту 9.1 соглашения от 27.11.2015 после оплаты согласованных убытков в сумме 4 472 583, 40 руб. предприниматель признал обязательства общества по возмещению вреда и возмещению убытков исполненными в полном объеме и, предъявив настоящий иск, вышел за границы ожидаемого от него добросовестного поведения, фактически оспорив заключенное ранее соглашение в непредусмотренном законом порядке. Принимая от общества возмещение причиненных убытков, предприниматель проявил волю
деятельности, прямо противоречащие правовому режиму данного земельного участка, находящегося в зоне охраны объекта культурного наследия федерального значения и охраняемого природного ландшафта. При таких обстоятельствах суды признали, что заключенный с Обществом договор аренды земельного участка является ничтожной сделкой, поскольку нарушает требования закона и при этом посягает на публичные интересы в сфере охраны объектов культурного наследия. Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанций. При этом суд кассационной инстанции отметил, что в случае у Общества имущественных претензий к Управлению, связанных с исполнением недействительной сделки, ответчик не лишен возможности разрешить их вне рамок настоящего дела, самостоятельно предъявив соответствующие требования. Неправильного применения судами норм права, влекущих отмену обжалуемых судебных актов, не усматривается. Доводы, изложенные к кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами, были проверены судами и признаны необоснованными, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, что не входит в компетенцию Верховного Суда Российской Федерации. Оснований для передачи кассационной
которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения состоявшегося по делу судебного акта и доводов кассационной жалобы не установлено. Отменяя решение суда первой инстанции, постановление суда апелляционной инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд округа, учитывая обстоятельства, установленные названными судами, принимая во внимание представленные в материалы дела доказательства, свидетельствующие об отсутствии у общества и предпринимателя каких-либо имущественных претензий по поводу исполнения спорного договора в части оплаты за квартиру, а также факт передачи обществом этой квартиры в собственность по акту приема-передачи новому кредитору без каких-либо замечаний, руководствуясь статьями 382, 388, 389 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», пришел к выводу о недоказанности обществом наличия у предпринимателя задолженности.
общества. Полагая, что действия ФИО1 препятствуют нормальной деятельности общества «Прикамнеруд», общество «БалансЭнерго» обратилось с первоначальным иском с требованием об исключении ФИО1 из числа участников общества. Отказывая в удовлетворении первоначального иска, суд первой инстанции руководствовался статьями 10 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), статьями 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что между сторонами существует не только корпоративный конфликт, но и взаимные имущественные претензии друг к другу; фактически взаимодействие участников по управлению обществом в настоящее время свелось к взаимным обвинениям друг друга, в злоупотреблении своими субъективными правами, в совершении правонарушений. Между тем исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности общества. Однако данный механизм может применяться только в исключительных случаях при доказанности грубого нарушения участником общества своих обязанностей, либо поведения участника, делающего невозможной
общества, суды исходили из того, что сами по себе не могут являться обстоятельствами, достаточными для вывода о необходимости исключения ФИО1 из числа участников общества. Суды указали, что истцом в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что затруднения в деятельности общества связаны исключительно с неправомерными действиями ФИО1 (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Из представленных в материалы дела доказательств судами установлено, что на момент рассмотрения дела в арбитражном суде у сторон существуют взаимные имущественные претензии друг к другу, что свидетельствует об утрате участниками единой цели при осуществлении хозяйственной деятельности и наличии ярко выраженного конфликта интересов в управлении обществом, соответственно, истец, владеющей меньшей долей уставного капитала общества «Прикамнеруд» (35,75%), по сравнению с ответчиком (48%), путем использования института исключения участника из общества не преследует своей целью предотвратить причинение вреда обществу, а желает разрешить внутрикорпоративный конфликт, вызванный, в том числе различием интересов при управлении обществом, и компенсировать отсутствие необходимого числа своих голосов
нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора и о толковании договора. В силу принципа свободы договора мировое соглашение может содержать любые не противоречащие закону условия (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской ФИО7 от 07.06.2012 № 247/12). Мировое соглашение должно являться результатом разумного компромисса между интересами сторон, не допуская злоупотребления права лиц, заключивших такое мировое соглашение. Мировое соглашение не должно служить созданию искусственной правовой ситуации, позволяющей в дальнейшем предъявлять реальные имущественные претензии другим участникам экономического оборота (постановления ФАС Уральского округа от 07.07.2010 № Ф09-5304/10-С6 по делу № А60-27676/09, ФАС Северо-Западного округа от 22.03.2013 по делу № А56-13368/2009, решение Арбитражного суда Свердловской № А60-8482/2007). Частью 3 статьи 139 АПК РФ определено, что мировое соглашение не может нарушать права и законные интересы других лиц и противоречить закону. Это положение должно применяться с учетом пункта 2 статьи 1 ГК РФ, в силу которого граждане и юридические лица приобретают и
которых он просил составить спорный договор: В разделе «Термины и определения, используемые в договоре», в понятии «Земля общего пользования» отразить, что она предназначена для массового пользования и отдыха не только членов СНТ, но и лиц, ведущих садоводство в индивидуальном порядке; В разделе «Условия заключения настоящего договора» исключить пункт о том, что договор не может быть заключен с лицами, которые на момент выхода из членов СНТ имели задолженность в СНТ по взносам, или СНТ имеет имущественные претензии к бывшему члену товарищества. Договор может быть заключен при условии погашения долгов и имущественных претензий товарищества бывшим членом СНТ; В раздел «Предмет договора» внести условие о том, что индивидуальный садовод имеет право оплачивать целевые взносы на строительство и монтаж новых объектов инфраструктуры, таких как линии электропередач, трансформаторов, дороги, проезды и др.; Пункт 1.2 договора о том, что в своих взаимоотношениях стороны руководствуются настоящим договором, Уставом СНТ «Флора-1», решениями общего собрания и правления, договорами, заключенными
полагает, что в силу ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей» ответчик должен выплатить ему неустойку в сумме 1 000 000 рублей за период с 04 марта 2009 года по 29 сентября 2009 года, то он просил суд его исковые требования удовлетворить. В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения иска, указывая на то, что определением суда от 27 ноября 2009 года между сторонами утверждено мировое соглашение, по условиям которого стороны договорились, что имущественные претензии , вытекающие из предварительных договоров купли-продажи квартир, в том числе квартиры № 66 от 23 июля 2008 года, заключенных между сторонами настоящего мирового соглашения, отсутствуют. Кроме того, сослался на то, что ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей» в данном случае применению не подлежит, а подлежит применению ст. 1107 ГК РФ, что вытекает из решения суда от 24 сентября 2009 года. Просил применить ст. 333 ГК РФ и уменьшить размер неустойки как явно
от 06 марта 2017г., которым постановлено: «Обязать СНТ «Флора-1» заключить с ФИО договор о пользовании объектами инфраструктуры и другим имуществом общего пользования СНТ «Флора-1» на условиях договора, утвержденного решением общего собрания СНТ «Флора-1» от ДД.ММ.ГГГГ, за исключением следующих условий: - в разделе "Условия заключения настоящего договора" исключить условие о том, что договор не может быть заключен с лицами, которые на момент выхода из членов СНТ имели задолженность в СНТ по взносам, или СНТ имеет имущественные претензии к бывшему члену товарищества. Договор может быть заключен при условии погашения долгов и имущественных претензий товарищества бывшим членом СНТ; -из пункта 2.1.1 договора исключить условие об обеспечении электроэнергией при условии наличия свободной мощности. - пункт 2.1.14 исключить из договора; -из пункта 4.3 договора исключить условие о том, что в случае наличия задолженности индивидуальный садовод может быть отключен от ЛЭП до момента погашения основной суммы задолженности; Взыскать с СНТ «Флора-1» в пользу ФИО расходы по
передал ФИО2 земельный участок и домик отдыха, а также все документы на земельный участок, однако ФИО2 выплатил только ... долларов США. После этого истец земельным участком более не пользовался и каких-либо претензий к ФИО2 не предъявлял. После освобождения из мест лишения свободы в 2016 году ФИО1 выплатил арендную плату за земельный участок и предъявил претензии к ФИО2 по окончательному расчету за проданные домик и земельный участок. В настоящее время ФИО1 имеет к ФИО2 только имущественные претензии по поводу выплаты денежных средств в размере ... долларов США, а в использовании земельного участка по назначению не заинтересован. Представитель ответчика Управления имущества Администрации города Норильска ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебное заседание не явился, направил заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя и отзыв, из которого следует, что объект, расположенный на земельном участке в <адрес>, был предоставлен на праве аренды для установки домика отдыха и заключен договор аренды земельного участка от 20.08.2007
истец, ссылаясь на утрату ФИО6 данной вентиляционной установки, просил взыскать с ответчика ее рыночную стоимость в размере 179 600 руб. 04.12.2019 ФИО4 обратился в Калининский районный суд г.Тюмени с ходатайством о привлечении его к участию деле, указывая на то, что он является последним конкурсным управляющим, который осматривал и принимал в ведение спорное имущество до его утраты, в связи с чем, в случае отказа в удовлетворении иска, у ЗАО Фирма «Цветлит» могут возникнуть к нему имущественные претензии (том 2 л.д. 84-85). В судебном заседании, состоявшемся 27 мая 2020 года, определением суда, вынесенным без удаления в совещательную комнату, в удовлетворении ходатайства ФИО4 было отказано. В судебное заседание суда первой инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела были извещены, с ходатайствами об отложении судебного разбирательства не обращались, а потому суд рассмотрел дело в их отсутствие. Судом постановлено указанное выше определение, с которым не согласился ФИО4, не привлеченный
