правонарушении, дело может быть рассмотрено по месту жительства данного лица. На основании п.2 ст. 29.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дело об административном правонарушении, по которому было проведено административное расследование, рассматривается по месту нахождения органа, проводившего административное расследование. В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005г. №5 местом совершения административного правонарушения является место совершения противоправного действия независимо от места наступления его последствий, а если такое деяние носит длящийся характер, - место окончания противоправной деятельности, ее пресечения. Согласно представленным документам, 13.03.2013г. на автодороге М-7 «Волга» (637 км.) ООО «ДИО Логистик» допустило перевозку тяжеловесного груза без специального разрешения на автомашине под управлением водителя ФИО2 Как усматривается из представленных материалов, основанием для составления протокола об административном правонарушении явился акт о превышении транспортным средством установленных ограничений по общей массе и (или) нагрузке на ось, составленный Управлением Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Чувашской Республике, и факт правонарушения выявлен
названной схеме (л.д. 6). В случаях, если значения дорожных знаков, в том числе временных, и линий горизонтальной разметки противоречат друг другу либо разметка недостаточно различима, водители должны руководствоваться дорожными знаками (глава 1 «Горизонтальная разметка» приложения 2 к Правилам дорожного движения). В связи с изложенным, доводы о том, что обгон транспортного средства ФИО1 начал осуществлять в месте, где нанесена дорожная разметка 1.5 Правил, подлежат отклонению. Вопреки доводам жалобы, на схеме места совершения административного правонарушения отображено место окончания действия дорожного знака 3.20 «Обгон запрещен». Несогласие заявителя с оценкой установленных судебными инстанциями обстоятельств правовым основанием к отмене принятых по делу актов не является. Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены. Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции части 5 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Нарушений норм процессуального закона при производстве по делу об административном правонарушении допущено не было, нормы материального права применены правильно. Обстоятельств, которые в силу
Частью 1 статьи 29.5 КоАП Российской Федерации установлено, что дело об административном правонарушении, как правило, рассматривается по месту его совершения. Из подпункта «з» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» следует, что местом совершения административного правонарушения является место совершения противоправного действия независимо от места наступления его последствий, а если такое деяние носит длящийся характер, - место окончания противоправной деятельности, ее пресечения; если правонарушение совершено в форме бездействия, то местом его совершения следует считать место, где должно было быть совершено действие, выполнена возложенная на лицо обязанность. В этой связи суд апелляционной инстанции, исходя также из положений пункта 5 части 1 статьи 29.4 КоАП Российской Федерации, указал, что антимонопольный орган, не передав дело на рассмотрение по подведомственности возникшего спора, нарушил требования статьи 29.5 КоАП Российской Федерации. Ссылки в кассационной жалобе антимонопольного органа на
о территориальной подсудности отклоняется судов в силу следующего. Частью 1 статьи 29.5 КоАП РФ определено, что дело об административном правонарушении рассматривается по месту его совершения. Подпунктом «з» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ» разъяснено, что местом совершения административного правонарушения является место совершения противоправного действия независимо от места наступления его последствий, а если такое деяние носит длящийся характер, - место окончания противоправной деятельности, ее пресечения; если правонарушение совершено в форме бездействия, то местом его совершения следует считать место, где должно было быть совершено действие, выполнена возложенная на лицо обязанность. Из содержания части 1 статьи 14.4 КоАП РФ следует, что ее объективную сторону образует, в том числе оказание услуг, не соответствующих требованиям нормативных правовых актов, устанавливающих порядок (правила) их оказания. Таким образом, в рассматриваемом случае местом совершения административного правонарушения, вопреки позиции подателя кассационной жалобы, будет являться
вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что при определении подсудности необходимо учитывать закрепленные в статье 29.5 КоАП РФ правила о территориальной подсудности дел об административных правонарушениях. В части первой указанной статьи закреплено общее правило, в соответствии с которым дело рассматривается по месту совершения правонарушения. Местом совершения административного правонарушения является место совершения противоправного действия независимо от места наступления его последствий, а если такое деяние носит длящийся характер, - место окончания противоправной деятельности, ее пресечение. В настоящем случае, согласно протоколу об административном правонарушении, постановлению об АП, местом совершения административного правонарушения является город Санкт-Петербург - место нахождения АО «Газпром закупки». С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о рассмотрении Управлением дела об административном правонарушении с нарушением положений части 1 статьи 29.5 КоАП РФ. Рассмотрение дела об административном правонарушении неуполномоченным органом является существенным процедурным нарушением и в соответствии с частью 2 статьи 211 АПК
правилу, предусмотренному частью 1 стать 29.5 КоАП РФ, дело об административном правонарушении рассматривается по месту его совершения. Как следует из разъяснения, содержащегося в подпункте «з» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», местом совершения административного правонарушения является место совершения противоправного действия независимо от места наступления его последствий, а если такое деяние носит длящийся характер, - место окончания противоправной деятельности, ее пресечения; если правонарушение совершено в форме бездействия, то местом его совершения следует считать место, где должно было быть совершено действие, выполнена возложенная на лицо обязанность; подсудность дел об административных правонарушениях, возбужденных в отношении юридических лиц по результатам проверки их филиалов, определяется местом нахождения филиалов, в деятельности которых соответствующие нарушения были выявлены и должны быть устранены. Поскольку местом совершения вмененного обществу административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ, является местонахождение
вне места жительства физического лица, выбор между арбитражными судами, которым подсудно дело по заявлению о привлечении к административной ответственности, принадлежит административному органу. В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что местом совершения административного правонарушения является место совершения противоправного действия независимо от места наступления его последствий, а если такое деяние носит длящийся характер - место окончания противоправной деятельности, ее пресечения; если правонарушение совершено в форме бездействия, то местом его совершения следует считать место, где должно было быть совершено действие, выполнена возложенная на лицо обязанность. При определении территориальной подсудности дел об административных правонарушениях, объективная сторона которых выражается в бездействии в виде неисполнения установленной правовым актом обязанности, необходимо исходить из места исполнения должностным лицом своих обязанностей либо места нахождения юридического лица, определяемого в соответствии со статьей 54 ГК РФ. Как следует из
является препятствием для принятия правильного и объективного решения по делу. В апелляционном представлении основном и дополнительном государственного обвинителя – помощника прокурора Ленинского района г. Красноярска Кемаев С.А. ставится вопрос об отмене постановления с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение с тот же суд в ином составе вследствие существенных нарушений уголовно-процессуального закона, несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Апелляционное представление мотивировано тем, что вывод суда о том, что в обвинительном заключении не установлено место окончания преступления сделан без исследования всех доказательств, только на основании показаний ФИО1, полученных с нарушением закона, поскольку она допрошена вне судебного следствия, без разъяснения ей прав обвиняемой, ст. 51 Конституции РФ, кроме того, суд был не вправе ссылаться на показания ФИО1 данные в ходе предварительного слушания; в обвинительном заключении указано время и место окончания преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ (помещение администрации <адрес> по адресу: <адрес>, 29.12.2016 года – дата подписания договора социального
выполнения сторонами своих обязательств. Как считает суд, право требования возникает у участника долевого строительства с момента выполнения им своего обязательства по оплате, которое должно подтверждаться вышеуказанными документами. Однако в нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ указанные обстоятельства, имеющие юридическое значение, не указаны следователем в обвинительном заключении, в формулировке преступных действий обвиняемого З. Указывает, что в обжалуемом постановлении указано на то, что органом следствия в обвинительном заключении не указано время и место окончания преступления, что может быть устранено в ходе судебного разбирательства, так как место окончания преступления может находиться за пределами <адрес изъят> и не относиться к юрисдикции данного суда. Вместе с тем, полагает, что указанный вывод суда сделан преждевременно, без изучения материалов уголовного дела в полном объеме. Обращает внимание суда на то, что в ходе предварительного следствия было достоверно установлено, что документы об оплате по данному договору застройщиком оформлены не были, в связи с чем участник
в совершении мошенничества, то есть в хищении чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба потерпевшему А. Суд, в ходе проведенного предварительного слушания, по ходатайству адвоката и обвиняемого вынес решение о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ на том основании, что представленное по делу обвинительное заключение не в полной мере соответствует требованиям п.п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ. Адвокат, с которым суд первой инстанции согласился, считает, что в обвинительном заключении не вменено место окончания преступления, которое инкриминируется П. В апелляционном представлении прокурор г. Губкинский Ямало-Ненецкого автономного округа Меняйлов В.С. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Отмечает, что суд первой инстанции смешивает понятия места окончания преступления (наступления общественно опасных последствий) и места совершения преступления (общественно опасного деяния), подменяя второе первым. Указывает на неправильное толкование уголовного закона судом и констатирует, что перечисление денежных средств осуществляется пострадавшим, и оно не может быть составной частью «деяния»
основании поступившего обвинительного акта. Постановлением Ленинского районного суда г. Красноярска от 16 сентября 2020 года уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ на основании п. 1 ч. 1 ст.237 УПК РФ возвращено прокурору Ленинского района г. Красноярска для устранения препятствий его рассмотрения судом. Постановление мотивировано тем, что в обвинительном акте не указан какой пункт ПДД РФ ФИО1 был нарушен, в чем заключалось нарушение этих правил, а также не определено место окончания преступления, то есть момент начала движения транспортного средства под управлением ФИО1, когда деяние начало включать в себя все признаки состава преступления, поскольку указано лишь место и момент пресечения длящегося преступления. В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора Ленинского района г. Красноярска Шварц А.В. просит постановление суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Указывает, что диспозиция ст. 264.1 УК РФ не содержит требований об указании нарушений ПДД, следовательно,
же суда уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору, в связи с составлением обвинительного заключения с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. Как отражено в обжалуемом постановлении указанные нарушения выразились в том, что в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении в нарушение требований ст. 73, 171, 220 УПК РФ не указано место окончания совершения инкриминируемого преступления, а именно сведения о населенном пункте, в котором ФИО1 предоставил «сфальсифицированный протокол осмотра места происшествия от 29.09.2017» оперуполномоченному ОЭБиПК УМВД России по г. Омску ФИО 1 В апелляционном представлении государственный обвинитель Митина Ю.А. выражает несогласие с постановлением суда ввиду его незаконности. Анализируя текст предъявленного ФИО1 обвинения приходит к выводу о наличии в нем указания на время и место совершения им преступления, которыми следует считать территорию Таврического района Омской области. Полагает, что
