и гражданина ФИО4 на нарушение конституционных прав и свобод частью четвертой статьи 7 Закона Российской Федерации «О недрах» (далее – определение № 1314-О), Закон о недрах определяет правовые и экономические основы комплексного рационального использования и охраны недр, обеспечивает защиту интересов государства и граждан Российской Федерации, а также прав пользователей недр. Как считает Конституционный Суд Российской Федерации, из положений Закона о недрах (статьи 7 и 11) вытекает, что недра как часть земной коры не являются частью земельного участка (земной поверхности), находятся в государственной собственности и выступают в качестве самостоятельного объекта гражданских прав. Следовательно, собственник земельного участка не имеет каких-либо прав в отношении недр , находящихся под данным участком. Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее – постановление Пленума № 49) были даны соответствующие разъяснения, применимые при аналогичных спорах. Так, возмещение вреда, причиненного окружающей среде, осуществляется
(далее – Предприятие), и являлась частью имущества, переданного обществу «Калмнефть» в процессе приватизации Предприятия, следовательно, данное сооружение осталось в федеральной собственности; таким образом, договор купли-продажи скважины является недействительной (ничтожной) сделкой; ввиду того, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, она не повлекла возникновения у общества «КалмТатнефть» правасобственности на данную скважину, поэтому последующая сделка по передаче скважины в собственность общества «Таша» также является недействительной (ничтожной); у ответчиков отсутствует лицензия на право пользования федеральным участком недр , в границах которого расположена скважина, предназначенная для добычи углеводородного сырья; указанный участок недр предоставлен истцу на основании лицензии от 27.08.2014 ЭЛИ 00383 НЭ на право разведки и добычи углеводородного сырья на Манычском участке на срок до 2034 года; поэтому истец, наделенный правом добычи недр на указанном месторождении, вправе оспорить сделки по продаже скважины, расположенной в границах его лицензионного участка
суда от 24.06.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 12.11.2021, в иске отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты, ссылаясь на существенное нарушение норм материального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что ответчиком были незаконно присвоены из «линзы» и принадлежавшие после такого извлечения истцу нефтепродукты в сумме 86 411 261 руб. В обоснование правасобственности на извлечение из «линзы» нефтепродукты истцом в материалы дела представлены лицензия на право пользования недрами серия СМР номер 01150 ПЭ сроком до 01.01.2-40 с дополнительными соглашениями №1 и №2 к этой лицензии, из которых на основании статьи 1.2 Закона «О недрах» следует, что извлеченные из лицензионного участка недр нефтепродукты принадлежат истцу. Суды первой и апелляционной инстанций вопреки представленным доказательствам и нормам статям 1.2 ,11 Закона «О недрах указали в обжалуемых судебных актах на то, что право собственности истца на извлеченные ответчиком
поскольку указанное обстоятельство не входит в предмет доказывания по настоящему делу и не может свидетельствовать о незаконности оспариваемого ненормативного правового акта. Ссылка заявителя на то, что законодательство о недрах содержит ограничения, не допускающее возможность предоставления в частную собственность участков недр, также не принимается апелляционной коллегией как не имеющий правового дела, поскольку предметом оспариваемого постановления является предоставление ОАО «ФСК ЕЭС» во временное владение и пользование (на праве аренды) земельного участка для строительство, а не право собственности на недра . Поскольку доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, то признаются апелляционным судом несостоятельными, в связи с чем не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда первой инстанции. При изложенных обстоятельствах, судом апелляционной инстанции не установлено оснований для отмены решения суда первой инстанции и для удовлетворения апелляционной
на находящиеся в границах этого участка поверхностный (почвенный) слой и водные объекты, находящиеся на нем растения» (п. 2), а статьей 10 закона «О недрах» установлено: «Без ограничения срока могут быть предоставлены участки недр для строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых, строительства и эксплуатации подземных сооружений, связанных с захоронением отходов, строительства и эксплуатации нефте- и газохранилищ, а также для образования особо охраняемых геологических объектов и иных целей». Само же право собственности на недра принадлежит исключительно государству (ст. 1.2. закона «О недрах»). В этих условиях даже наличие прав на газопровод, проходящий по земельному участку ФИО1, не препятствует получению ООО «Ярославская фабрика валяной обуви» участка недр для эксплуатации подземных сооружений. В дополнительном отзыве третьего лица указано, что в соответствии с п.п. 47,48 Правил охраны газораспределительных сетей земельные участки, расположенные в охранных зонах газораспределительных сетей, у их собственников, владельцев или пользователей не изымаются и могут быть использованы ими с
владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество. Отказ от права собственности не влечет прекращения прав и обязанностей собственника в отношении соответствующего имущества до приобретения права собственности на него другим лицом. Также, из статьи 226 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обращению в собственность владельца земельного участка подлежит только определенный перечень имущества, в частности, отвалы, образуемые при добыче полезных ископаемых, соответственно, у владельца земельного участка не может возникнуть право собственности на недра на основании статьи 226 Гражданского кодекса Российской Федерации. Таким образом, для возникновения у заинтересованного лица вещного права на брошенную вещь необходимо наличие совокупности условий: отказ правообладателя вещи от права собственности на нее; наличие у лица, нашедшего вещь, прав собственности, владения или пользования земельным участком, на котором было найдено (обнаружено) имущество; а также стоимость вещи, которая должна составлять менее пяти МРОТ, либо имущество должно быть поименовано в перечне, закрепленном п. 2 ст. 226 ГК
срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий, и не является основанием для пользования земельным участком без установленных законом или договором оснований, равно как и не свидетельствует о возникновении права собственности владельца лицензии на недра, которые им не добыты (часть 3 статьи 1.2 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах»). ЗАО «АИР» в спорный период недра в пределах предоставленного ему горного отвода, в том числе на земельном участке, принадлежащем ответчику, не добывало, право собственности на недра , которые истцом не добыты, у него не возникло. Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что АО «КНПЗ» не приобрело и не сберегло имущество, принадлежащее ЗАО «АИР», в связи с чем отсутствуют основания, предусмотренные статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, для взыскания с ответчика неосновательного обогащения. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, полно и всесторонне исследованы судебной коллегией, но в соответствии со статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат
на находящиеся в границах этого участка поверхностный (почвенный) слой и водные объекты, находящиеся на нем растения» (п. 2), а статьей 10 закона «О недрах» установлено: «Без ограничения срока могут быть предоставлены участки недр для строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых, строительства и эксплуатации подземных сооружений, связанных с захоронением отходов, строительства и эксплуатации нефте- и газохранилищ, а также для образования особо охраняемых геологических объектов и иных целей». Само же право собственности на недра принадлежит исключительно государству (ст. 1.2. закона «О недрах»). В этих условиях даже наличие прав на газопровод, проходящий по земельному участку ФИО1, не препятствует получению ООО «Ярославская фабрика валяной обуви» участка недр для эксплуатации подземных сооружений. В обоснование своих доводов представитель третьего лица представил дополнительные документы. Рассмотрев материалы дела, учитывая заявленное ходатайство, суд полагает необходимым отложить судебное разбирательство по делу. Руководствуясь статьями 158, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд О П
не учтено, что объектом административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.7.3 КоАП РФ являются общественные отношения, складывающиеся в связи с реализацией права государственной собственности на недра, а при изъятии собственником земельного участка песка (ОПИ) из недр на глубину до 5 метров прежде всего для строительства прудов, а затем уже его использование на основании ст. 19 Федерального закона «О недрах». Данное право государства не нарушается, так как государство императивно делегировало (переуступило, передало) данной нормой Закона это право собственности на недра - собственнику земельного участка, но в случае производства собственником работ на глубину до 5 метров, а значит и нет объекта правонарушения предусмотренного ч.1 ст.7.3 КоАП РФ - нет нарушения реализации права государственной собственности на недра; объективная и субъективная стороны административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.7.3 КоАП РФ, выражаются в умышленных конкретных незаконных действиях по добыче содержимого недр (ОПИ, других полезных ископаемых, подземных вод) с целью извлечения из них какой-либо выгоды и совершения данных действий
ГК РФ предусматривает возникновение права собственности на вновь созданный объект недвижимости с момента государственной регистрации права собственности на данный объект. С учетом вышеизложенного, Гревцев В.В. не приобрел права собственности на водяную скважину ни в силу ст. 218 ГК РФ (нарушение законодательства при создании скважины), ни в силу ст. 219 Гражданского кодекса Российской Федерации (свидетельство о праве собственности не предоставлено). Принимая во внимание, что у Гревцева В.В. отсутствует право собственности на указанный объект, отсутствуют право собственности на недра и право ими пользования, скважина не может быть предметом договора купли-продажи. Договор купли - продажи от ДД.ММ.ГГГГ между Гревцевым В.В. и Титовым С.В. является ничтожным. Ответчики Гревцев В.В., Титов С.В. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежаще. Представитель третьего лица Министерства природных ресурсов и экологии ....... в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежаще. В представленном ходатайстве просит
внимание, что объективных данных, подтверждающих то, что ФИО1 допустил использование недр без соответствующего разрешения, действуя в состоянии крайней необходимости, и наличие опасности, непосредственно угрожающей интересам общества и государства, не имеется, основания для применения положений статьи 2.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отсутствуют. Довод жалобы о малозначительности данного правонарушения, поскольку действиями ФИО1 не были причинен вред и нарушены охраняемые общественные интересы, является несостоятельным. Совершенное правонарушение представляет опасность охраняемым государством интересам в сфере обеспечения прав собственности на недра при недропользовании, имеет формальный состав, то есть факт его совершения, не ставится в зависимость от наличия (отсутствия) наступивших вредных последствий. Таким образом, поскольку наступление вредных последствий не является квалифицирующим признаком объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного ст.7.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствие указанных последствий не свидетельствует о малозначительности правонарушения, совершенного ФИО1 Доводы жалобы о привлечении к ответственности за истечением срока давности не могут быть приняты во внимание, поскольку лицо, осуществляющее деятельность по
положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения; данные обстоятельства в силу ч.ч. 2, 3 ст. 4.1 КоАП РФ учитываются при назначении административного наказания. Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 настоящего Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. Совершенное ФИО1 правонарушение представляет опасность охраняемым государством интересам в сфере обеспечения прав собственности на недра при недропользовании, имеет формальный состав, то есть факт его совершения, не ставится в зависимость от наличия (отсутствия) наступивших вредных последствий. Поскольку наступление вредных последствий не является квалифицирующим признаком объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного ст.7.3 Кодекса Российской - Федерации об административных правонарушениях, отсутствие указанных последствий не свидетельствует о малозначительности правонарушения, совершенного ФИО1 Действия должностного лица ФИО1 квалифицированы административным органом и судом первой инстанции правильно, наказание ему назначено в пределах санкции соответствующей статьи КоАП РФ.
